Мария Валевская (продолжение)

Знаменитые женщины
Знаменитые женщины

Первое свидание с Наполеоном принесло ей сюрприз. Она не знала, что ожидать от этой встречи, но в любом случае не ждала сочувствия.

И действительно, Наполеон был настроен отнюдь не благодушно. В течение многих лет ему было достаточно пошевелить пальцем, чтобы к его услугам была любая женщина по его выбору. Томная красота Марии, ее безупречная фигура, не совсем безупречный французский язык, наконец, само ее сопротивление — все это воспламенило его.

Как вспоминал его камердинер Констан: “Целый день после бала он то вставал, то садился, то ходил по комнате, то опять садился и опять вставал”. Узнав, что двух его молодых адъютантов увидели флиртующими с Марией, он тут же отправил их на передовую линию.

Когда, наконец, он увидел ее одну в своих личных покоях и она села перед ним в кресло, он с трудом сдерживал себя. Он встал перед ней на колени и поцеловал ей руки, затем обнял ее и целовал до тех пор, пока она не вырвалась и не побежала к дверям. Тут он сказал ей о своей любви. Она заплакала.

Наполеон с пониманием отнесся к ее страхам и вдруг стал нежным. Он говорил ей о ее любимой Польше и о своих планах вернуть ей независимость. Спросил и о графе Валевском: почему она вышла замуж за такого старика? Она в последний раз запротестовала против нарушения супружеской верности: “Тех, кого сочетали на земле, можно разлучить только на небесах”. На ее счастье, Дюрок появился слишком быстро. “Как, уже?” — спросил Наполеон. И, обратившись к Марии, сказал: “Ну что ж, моя милая стенающая голубка, идите домой и отдохните. Не бойтесь орла... Придет время, вы полюбите его и будете иметь над ним полную власть”.

Так Мария невредимой вернулась к графу Валевскому. Но только на одну ночь. На следующее утро, проснувшись, она увидела букет из бриллиантов, букет из цветов и новую мольбу императора: “Мария! Моя милая Мария! Моя первая мысль — о вас. Мое первое желание — вновь увидеть вас. И вы придете вновь, не правда ли? Вы обещали прийти. Если не придете, орел сам прилетит к вам! Я увижу вас на обеде — так сказал мне наш друг. Примите этот букет: я хочу, чтобы он стал символом тайных уз и тайного согласия между нами и чтобы никто не знал об этом. Мы сможем обмениваться нашими мыслями, пусть даже на нас смотрит целый мир. Когда я буду прижимать руку к сердцу, вы будете знать, что я думаю только о вас; когда вы будете касаться букета, я тут же буду знать ваш ответ. Любите же меня, моя прелесть, любите и берегите этот букет! Н.”

Мария очень рассердилась. Испарились все мысли о патриотизме. Бриллианты были слишком откровенной платой за ее тело. Она возвратила их вместе с цветами. Умолять ее пришел Дюрок: в пышных выражениях он обещал Польше свободу. Она не доверяла ему. Оставшись одна, она подумала о самоубийстве, затем о побеге. Она быстро написала записку своему мужу. Сообщив, что виделась с Наполеоном, она добавила: “Я вышла невредимой, пообещав вернуться этим же вечером. Я не смогу сдержать это обещание, так как теперь слишком хорошо знаю, что случится”.

Но она не вручила эту записку. И не убежала.

В тот же вечер она была на обеде у Наполеона. Весь вечер она избегала его взгляда и не обмолвилась с ним ни единым словом. Когда обед закончился и гости разъехались по домам, ее попросили остаться, а затем проводили в личные покои императора. Тут появился Наполеон. Его лицо было мрачным, а манеры грубыми. “Я уж и не надеялся увидеть вас вновь, — сказал он. — Почему вы отказались от моих бриллиантов и моих цветов? Почему вы избегали смотреть на меня за обедом? Ваша холодность обидна, и я не намерен ее терпеть”. Потом он добавил, что она подтвердила его мнение о ее народе. Она точно такая, как и все другие поляки, — надменные, пустые и бесчувственные. Но он не сдастся. “Я заставлю вас убедиться в серьезности моего намерения покорить вас. Вы полюбите меня! Я воскресил имя вашей страны. Благодаря мне польская нация жива, как и прежде”. Он вынул карманные часы и посмотрел на них. “Видите, я держу в руках часы? Точно так же, как я разобью их сейчас вдребезги у вас на глазах, я разнесу Польшу, если вы откажете мне в своем сердце и отвергнете мое”. С этими словами он швырнул часы на пол, разбив их на сотни кусочков. Мария вскрикнула и упала в обморок.

Когда она пришла в себя и увидела, что ее одежда в беспорядке, она поняла, что над ней было совершено насилие. Наполеон испытывал чувство стыда и просил прощения. Она была слишком ошеломлена, чтобы возмутиться. Затем позвали Дюрока, и тот перенес ее в одну из комнат дворца. Она ненадолго заснула. Когда она проснулась, ее ожидал Наполеон. С этого момента он стал внимателен и чуток. Он искренне говорил о себе, своих надеждах и мечтах, о Польше.

Невероятно, но в последующие дни ее привязанность к нему возрастала. Она уже больше не думала ни о муже, ни о своем позоре. Она жила в ожидании новых визитов к Наполеону. К 18 годам она познала лишь любовь 70-летнего старика, 37-летний Наполеон был полон сил, хотя и не слишком хорошо был развит физически.

Об этом романе услышала в Париже императрица Жозефина — его неверная 43-летняя креолка, которая не подарила Наполеону наследника. Она написала, что приедет к нему. Он ответил, что не желает даже думать об этом: здешний климат ей не подходит. И это действительно было так. “Я огорчен больше, чем ты, — говорится в его письме Жозефине. — В это время года мне хотелось бы коротать долгие ночи с тобой”. Но друзьям он писал в другом тоне, намекая на причину своего подъема. “Мое здоровье никогда не было столь крепким; оно так хорошо, что я стал более галантным, чем раньше”.

Когда русские сконцентрировали войска в Восточной Пруссии, Наполеон спешно вернулся в армию. Громя неприятеля, он находил время для ежедневных писем Марии, которая поехала вместе с матерью отдыхать в Вену. Наступила новая зима. Наполеон расположился в укрепленном прусском замке Финкенштейн. Чувствуя себя одиноким, он послал за Марией. Она приехала к нему в сопровождении брата — капитана польских уланов.

У нее была своя спальня с огромным камином и кроватью с балдахином на четырех столбиках, смежная со спальней Наполеона. Когда Наполеон был занят делами, она или читала, или вышивала. Когда же он был свободен, они вместе обедали, без устали разговаривали, или предавались любви. Она наслаждалась своей властью над величайшим человеком Европы. “Мне выпала честь стать вождем народов, — говорил он ей. — Когда-то я был желудем, теперь же я — дуб. Но если я дуб для всех остальных, я рад быть желудем для тебя”.

Они перестали делать вид, будто в основе их романа лежала политика. Хотя Наполеон и помог создать новое польское правительство и восстановить польскую армию, он признавался, что не в состоянии освободить Польшу. Но привязанность Марии к нему не ослабевала. “Я люблю твою страну... но мой первейший долг — Франция, — говорил он ей. — Я не могу проливать французскую кровь за чужое дело”.

Когда весной, проведя с ней два с половиной месяца, он уезжал, она дала ему кольцо, на внутренней стороне которого было выгравировано: “Когда ты перестанешь любить меня, помни, что я по-прежнему тебя люблю”.

Они разлучились ненадолго. И хотя у него было несколько случайных романов, он скучал по Марии.

Узнав о ее беременности, Наполеон вызвал ее в Париж. Она прибыла туда в январе 1808 года в сопровождении своего брата и служанки. Наполеон устроил ее в доме 48 на Рю де ла Виктуар и распорядился, чтобы его личный врач ежедневно навещал ее. Она вела скромный образ жизни, никогда не пользовалась ложей, оставленной за ней в Опере. Если она и выходила из дому, то обычно поздно вечером, и лишь для того, чтобы встретиться с ним в Тюильри. Идиллия была недолгой: ее беременность закончилась выкидышем; Наполеон же вскоре снова отправился в поход.

Сокрушив Австрию при Ваграме, Наполеон устроил свою резиденцию в Шёнбруннском дворце в Вене и сразу же послал за Марией. Он подыскал ей поблизости особняк и в течение трех месяцев виделся с нею почти каждую ночь. Это был заключительный этап их близости, и, когда он закончился, Мария опять была беременна.

Беременность Марии Валевской подавала большие надежды: она вновь подтвердила, что Наполеон может и должен иметь законного наследника. Он тут же дал отставку Жозефине и в апреле 1810 года женился на Марии Луизе — высокой, с каштановыми волосами, коровоподобной дочери императора Австрии. С первых же дней он восхищался этой представительницей династии Габсбургов. “Нужно жениться на немках, — говорил он в кругу близких ему людей. — Они нежны, хороши собой, неиспорченны и свежи, как розы”.

Не успел Наполеон вступить во второй брак, как из далекой Валевицы до него дошла весть о том, что 4 мая 1810 года Мария родила ему сына Александра Валевского (Наполеон пожалует ему графское достоинство). Взволнованный этим известием, Наполеон попросил, чтобы Мария вместе с сыном навестила его. Он принял их в Тюильри.

Нежно обнимая ребенка, Наполеон говорил, как когда-нибудь сделает его королем Польши; он назначил матери своего ребенка ежемесячную пенсию в 10 тысяч франков. Затем Мария и Александр были представлены Марии Луизе, не знавшей, что это были любовница и внебрачный сын Наполеона. Она равнодушно приветствовала их. Брошенная Жозефина, жившая в Мальмезоне, выказала желание познакомиться с Марией и увидеть Александра. Мария согласилась, и встреча состоялась.

Следующие четыре года Мария провела в Польше; она вернулась к графу Валевскому, и они зажили прежней жизнью в Валевице. На родине Мария стала легендой — “польской женой” Наполеона; чтобы засвидетельствовать свое почтение, ее посетил даже великий патриот Тадеуш Костюшко. Весной 1811 года она узнала, что Мария Луиза родила Наполеону долгожданного законного наследника — Жозефа Шарля, получившего титул герцога Рейхштадтского.

В 1812 году Наполеон потерпел сокрушительное поражение в России. Спасаясь от казаков около Варшавы, он думал, было, остановиться и навестить Марию, но инстинкт самосохранения оказался сильнее этого романтического порыва.

В 1814 году он отрекся от престола и отправился во временное изгнание на остров Эльба. Наполеон находился на острове пять месяцев, когда на английском судне к нему приехала Мария. Ее сопровождали сын Александр, которому уже было четыре с половиной года, и брат с сестрой. Наполеон нежно поцеловал ей руку и покачал своего сына на колене; он предоставил им комнаты в своем доме, сам же спал в поставленной рядом палатке. Он позволил Марии провести на Эльбе только два дня, опасаясь, что о ее присутствии узнает Мария Луиза и тогда не приедет к нему.

Он с удовольствием наблюдал, как непоседливый мальчик играл с гренадерами. Как-то он спросил малыша, кем тот хочет стать, когда вырастет. Мальчик ответил, что хотел бы стать воином, как Наполеон. Еще он добавил, что любит Наполеона. “Почему ты любишь его?” — спросил Наполеон. Мальчик ответил: “Потому что он мой папа и мама сказала, чтобы я любил его”.

Что же касается Марии, то она привезла Наполеону сплетни о новом французском правительстве, общественном недовольстве им и предложила ему все свои драгоценности. Он отказался их принять. Мало того, он подарил ей 61 тысячу франков, поскольку назначенная ей пенсия больше не признавалась и не выплачивалась. В их последнюю ночь он крепко обнял Александра, прошептав: “Прощай, драгоценное дитя моего сердца”. В подзорную трубу он долго следил за судном, на котором Мария отплыла в Легорн.

Затем последовали его возвращение на материк и Сто дней. В Париже он в последний раз принял Марию Валевскую. Впереди были Блюхер с Веллингтоном — и Ватерлоо. Он поговорил с Марией наедине, а потом в присутствии других пожал ей на прощание руку.

После поражения при Ватерлоо Наполеон отрекся от престола и отдался на милость пленивших его англичан. Те отвезли его на остров Св.Елены в Южной Атлантике. Там в октябре 1815 года началось изгнание Наполеона, которое окончилось только с его смертью спустя шесть лет.

Мария Луиза, царственная супруга Наполеона, отказалась разделить с ним его первую ссылку на Эльбу. Вместо этого она с сыном вернулась в родную Австрию. Наполеон пригрозил, что ее похитят и доставят к нему; тогда она решила никогда больше с ним не встречаться. Когда Марии Луизе сообщили, что его сослали на остров Св.Елены, она просто кивнула и сказала: “Спасибо. Между прочим, сегодня утром я хотела бы прокатиться верхом в Маркенштейн. Как вы думаете, рискнуть в такую погоду?”.

За время второго изгнания ее мужа Мария Луиза с головой окунулась в любовный роман с Адамом Альбрехтом — графом фон Нейппергом, который первоначально был приставлен к ней для того, чтобы охранять ее и шпионить за ней. Этот одноглазый австриец однажды получил даже орден от Наполеона, которого ненавидел. Мария Луиза жила с Нейппергом в игрушечном королевстве Парма и родила ему троих детей. Находившийся же на острове Св.Елены Наполеон простил ей измену и распорядился, чтобы после его смерти его сердце было заспиртовано и доставлено его “дорогой Марии Луизе”.

Лучше бы он отдал свое сердце Марии Валевской: она-то любила его до самого своего смертного часа. Наполеон пробыл на острове Св.Елены около года, когда узнал, что овдовевшая Мария Валевская повторно вышла замуж в Брюсселе. Ее новым мужем стал генерал д`Орнано — французский офицер, корсиканец и дальний родственник Наполеона, служивший при ней и при их сыне. Он обрадовался бы еще больше, если бы узнал, что его сын Александр в один прекрасный день будет назначен министром иностранных дел Франции при Наполеоне III.

Хотя любовь Марии Валевской к Наполеону оставалась непоколебимой, она была сильно привязана к д`Орнано. Мария родила ему сына, но ее супружеское счастье продолжалось только год. В 1817 году она скончалась в возрасте 28 лет в парижском доме, подаренном ей императором. Последним словом, слетевшим с ее уст, было “Наполеон”.



Коментарии

Добавить Ваш комментарий


Loading...

Вам будет интересно: