У горя и счастья - женское лицо

Женские судьбы
Женские судьбы

Судьба баловала Татьяну. Баловала уже тем, что ей достались замечательные и работящие родители. Они научили ее трудиться, вести домашнее хозяйство, заботиться о младшем братишке. Первое замужество было для Тани неудачным, но когда рядом любящие папа, мама, то даже такая осечка показалась ей не сильно омрачительной.

Да и как было не разгрузить маму, она ждала второго малыша, после рождения которого в однокомнатной квартирке стало совсем тесно. Молодые прилаживались, устраивая свое гнездышко, куда родители Тани, не жалея сил и денег, старались привнести свою долю соучастия. Засверкала стенка с хрусталем на полках. Танюшке в подарок за внука, колечко, цепочка. Зятю – машину и гараж. Только бы жили!

И жили вначале неплохо, но стал Борис от такой сытой жизни выпивать, рваться из теплого семейного гнездышка к дружкам. Татьяна же, когда таской, а когда и лаской, удерживала его в трезвой колее. Билась-билась и подала на развод, не глядя на младшенького, который, как и старший брат, после ухода отца стал наполовину обездоленным. Ведь отцовскую ласку, внимание, заботу его крепкие руки не заменит никто, даже очень ласковый, но чужой дядя, который вскоре появился на горизонте их одинокой разбитой жизни.

В Павла Татьяна поверила сразу же: околдовал он ее, словно девчонку юную, неопытную, доверчивую. Мать Татьяны стороной узнала, что у Павла таких «пташек» было несколько, и добивался он от них одного - денег, материального достатка. Нигде на работе не держался, все время строил воздушные замки по поводу быстрого обогащения.

Наверное, красивыми сказками он убаюкал и Татьяну, потому что она вдруг накануне госпитализации старшего сына в областную клинику, решилась на обмен своей квартиры в другой город. На советы, увещевания, а затем и протесты родителей дочка ответила презрительной фразой, мол, она вполне взрослая, и может сама выбирать, с кем жить, где жить и как жить. И ничем она родителям не обязана.

Война была объявлена, и вскоре Таня, прихватив младшего, оставив старшего на попечение бабушки, переехала в другой город. В надежде, что с этим фактом смирятся не только родители, но и органы опеки, которые не дали разрешение на обмен и направили материалы на Татьяну в инспекцию по делам несовершеннолетним и в центр «Семья» в том районе, куда она перебралась.

Чтобы отвезти внука в клинику, бабушке потребовалась его карточка, не лишней была бы и теплая одежда, которую Татьяна прихватила в пылу спешных сборов. «Что нам делать? Как поступить, чтобы вернуть дочку в лоно семьи? Как отбить ее от Павла, который крепко уцепился за нажитое Татьяной? - вопрошала расстроенная Дарья Ивановна, горько сетуя: - В чем-то когда-то мы Танюшку упустили, много делали для ее достатка и не думали, что душа ее – потемки». Нескладную жизнь она решила сложить, устроить так, как ей показалось удобным. Но и этот семейный союз, замешанный на холодном расчете Павла, считает Дарья Ивановна, не принесет ее дочери и внукам желанного счастья.

Наверное, многие, кто прочтет эту историю, проникнутся чувством негодования к неблагодарной матери, которая легко и просто оставляет свое больное дитя на попечение родных, не задумываясь, почему ребенок со слезами упрашивает бабушку Дашу не отдавать его маме? А все дело, по мнению Дарьи Ивановны, в чужаке, в Павле, который с первого дня невзлюбил ее старшего внука, и даже несколько раз его поколачивал, хотя у ребенка больные почки.

Речь ведь не столько о самой Татьяне, сколько о ее детях, которые, вполне возможно, могут лишиться своих законных прав на жилье, если какими-то окольными путями Татьяне и ее сожителю Павлу удастся все-таки оформить обмен.

Не способны защитить интересы своих сыновей и их отцы, которые исправно платят алименты, живут своими семьями, воспитывают приемных и уже своих ребятишек. А второй супруг Татьяны даже платил на содержание бывшей жены, пока она находилась в декретном отпуске. Им, конечно, известна вся «эпопея» с устройством Татьяной новой жизни и желанием «изобрести» что-то новенькое. Но, как ни горько и прискорбно, новенькое оказывается хорошо забытым стареньким. Все это уже было в ее разболтанной жизни: очередное замужество, попытка свить гнездо с очередным избранником.

Но настораживает какая-то странная доверчивость к почти незнакомому человеку, который даже не обмолвился, что берет заботы на себя о ее детях. Да и зачем? Старшего, лучше, чем мама, опекают бабушка и дедушка, а младший еще мал, чтобы понимать, какой должна быть отцовская ласка и его поддержка семье.

Удастся ли Дарье Ивановне вернуть дочь в привычное русло жизни или замотает ее судьба по чужим городам, а потом и углам, кто знает? Может, действительно Татьяне до смерти надоела родительская опека, легкий достаток, помощь? Однако, снова и снова обращаешь внимание на малых ее детей, которые дважды уже осиротели, лишившись отцов, ибо не часты их встречи, не очень-то жаждут их отцы помочь сыновьям выбраться из сложившейся ситуации. Единственное, что сделал папа второго сына Тани - написал заявление в органы опеки с возражениями против обмена квартиры. На этом его заботы и закончились.

Государственные законы пока не вступили в силу, и Дарья Ивановна больше месяца обивает пороги различных инстанций, и везде ей говорят, что ее дочь - вполне взрослый и самостоятельный человек, и вправе решать свою судьбу и судьбы своих детей так, как она хочет. О детях, их правах речь, как водится, заходит в последнюю очередь.

Оторвавшись от привычного окружения, в чужом городе Татьяна растерялась. Младшенький Илюша стал часто болеть. Павел рассвирепел, когда узнал, что жена уволилась с автозаправки – места весьма прибыльного – по причине болезни сынишки. Он сразу же поставил условие, что пусть рассчитывают теперь только на алименты, но не на его зарплату.

Через год Татьяна позвонила матери и слезно попросила прислать денег на дорогу. Что же, родительское сердце, словно воск. Дарья Ивановна уговорила младшего сына, и вскоре они на стареньком «Москвиче» с прицепом отправились в путь. И пока ездили за Танюшкой и Илюшей, отец готовил пустующую квартиру к приезду хозяев. Поклеил новые обои, выкрасил окна, двери, полы, даже цветы и торт успел купить.

От такой теплой встречи у Татьяны закипели слезы, и она горько разрыдалась на груди у отца. Когда все уселись за празднично накрытый стол, дочь, виновато опустив глаза, сказала: «Если можете, простите меня, дорогие мои родные! Только сейчас я поняла, что моя настоящая семья - это вы, папа, мама, Илюша, Вадим, братик мой Алешка. А все остальное выметаю из своей жизни, как ненужный мусор!».

Прошел еще один год. Прогуливаясь по городу, увидела Дарью Ивановну с высокой и стройной девушкой. Подумала, не жена ли сына Алеши? «Нет,- заулыбалась моя знакомая.- Это наша Татьяна. Да, та самая, о которой я так хлопотала, что даже да газеты дошла.

После ее приезда мы помогли дочке с устройством на работу. Причем, пришла она в коллектив, где я до этого работала и ушла на пенсию. Там ее приняли хорошо, по-доброму. Вадим после санаторного лечения пошел в первый класс, а Илюша - в садик. Мы с дедом помогаем, чем можем, но только посильно, на нашу пенсию не очень-то разбежишься. Вот к свадьбе сына готовимся. А там, глядишь, и внуков в армию провожать… Жизнь продолжается!»

Вслушиваясь в рассуждения матери, Татьяна согласно кивнула головой и прижалась плечом к своей верной заступнице. Так, рука об руку, они и пошли дальше, а у меня на душе стало сразу легко и радостно.

Антонида Бердникова г.Нефтегорск Самарская область


Коментарии

olga Крайгород kakay poychitelnaya ctattya,naterpelic vce,no pobedil razym.....

Ванда Крайгород Вот так всегда и бывает. Везде одна женщина виновата. А в чем ее вина?. Что хотела быть счастливой? А где те мужики, что детей ей "настрогали"? Родители люди не молодые, что с ней будет, когда их не станет?

Добавить Ваш комментарий


Loading...

Вам будет интересно: