отношения с подругами


Полезные советы, вредные советы... Нужно ли давать советы вообще?

Когда-то я получила хороший урок – попыталась помирить поссорившуюся с мужем подругу. Причем, желание было искренним и от всей души, так как очень хотелось, чтобы у дорогих мне людей все было хорошо.

К своей задаче я отнеслась с полной серьезностью и ответственностью, то есть, поговорила с каждым по отдельности, попыталась объяснить и ему, и ей, в чем они (на мой, естественно, взгляд) неправы. И, конечно, и подруге, и ее мужу надавала кучу «полезных советов», как им лучше строить свои отношения.

Хотелось, как лучше, а получилось… Я с ужасом слушала, как они прямо при мне начали выяснять отношения, пользуясь моими же словами и советами. А когда я попыталась прекратить эту бессмысленную ссору, дружно накинулись на меня, с упреками, что я лезу в чужие дела, чужую семью, что это я виновата со своими дурацкими советами и их перессорила.


Посиделки

Болезнь, хандра и одиночество до того заели Веронику Павловну, что она, вопреки своим правилам, решила устроить посиделки. Уцепилась она за это деревенское словечко, как за спасательный круг. Еще девчонкой любила притаиться у окошка и слушать, как вели беседы на завалинке у дома мамкины подружки и ближние соседки.

Была в тех редких вечерних встречах какая-то особая атмосфера единения, тепла, раскованности. Мать не любила злоязычничать, собирать сплетни, не терпела пустых наговоров. Сельские женщины за это ее уважали, ценили за гостеприимство. Все эти задушевные откровения сдабривались чайком, вкусными семечками, да вязанием, которое считалось непременным атрибутом посиделок.

Верочка рано уехала на городские хлеба от матери-вдовы. Навещала только раз в год - на недельку, а затем укатывала в санаторий или дом отдыха. Копила на кооператив, а потому замуж не торопилась. Все планы строила: вот обставлюсь польской мебелью, плитку чешскую в ванной положу, холодильник куплю. Ковер по очереди дали - как отказаться от такого добра?! И не заметила, как в серьезный возраст вошла. Никто уж не сватает, да и сама не захотела чужие ширинки стирать да мужнины прихоти терпеть. Так бобылочкой и жила.


Простить подругу или еще немного о женской дружбе...

Её звали Люська. Длинная, нескладная, она резко отличалась ото всех девчонок нашего курса. Как получилось, что мы с ней сдружились, я и сама не пойму до сих пор. Люська выбрала себе в подруги замкнутую, недалёкую Надежду из параллельного потока, но ту вскоре отчислили за хроническую неуспеваемость. А сама Люська слегла с пневмонией. Тут и выяснилось, что мы из одного города. Я, как всегда, развила кипучую деятельность во спасение одиноких и страждущих: носила Люське задания из института, книги из библиотеки, лекарства из аптеки. Так и завязалась наша дружба.

Люська оказалась довольно разговорчивой особой, она часами могла рассказывать истории из своего детства, истории молодости своей мамы и «предания старины глубокой», известные из рассказов мамы люськиной мамы, т. е. люськиной бабушки. С ней было легко и интересно: Люська постоянно строила планы «покорения мира», куда-то рвалась, что-то придумывала. Она была не красавица, но вокруг неё постоянно вились парни, которыми Люська умело манипулировала.

Периодически (раз в полгода) Люська влюблялась «до гроба», страдала, плакала в мое плечо, писала любовные стихи и письма, которые я, как верный оруженосец, доставляла предмету её обожания. Но как только роман переходил в более спокойную фазу, Люсьен теряла к нему всяческий интерес и искала новую «жертву».


Оптимисты и пессимисты Какая подруга лучше?

Наверняка анекдоты про оптимистов и пессимистов вы знаете, и не один-два, а множество. А вот как вы относитесь к тем и к другим? Как ни странно, в поисках ответа на этот вопрос приходишь к интересному выводу: хотя оптимисты нам нравятся больше, чем вечные нытики-пессимисты, но общаемся мы с ними менее охотно, ведь у них всегда и все хорошо. А мы предпочитаем подставить плечо или послужить жилеткой тем, кому плохо по жизни, стараясь утешить, помочь, ободрить.

При общении с оптимистами, часто страдает наша самооценка. И, в самом деле, ведь общение с человеком, который даже в расставании сможет найти что-то хорошее и не слишком переживает свои потери, не доставит особой радости, ведь для каждого человека так важно считать и чувствовать себя значимым, необходимым, важным для своих близких и друзей. А для тех, кому мы помогаем, поддерживаем, ободряем, общение с нами является важной частью жизни. И нам приятно, что в нас нуждаются, нам рады, нас ценят.

Кроме того, вы не обращали внимания, что пессимисты ошибаются гораздо реже оптимистов? Они ведь всегда в сомнениях, без конца просчитывают варианты, предвидят все подводные камни, ждут подвоха. А, в целом, они тщательно взвешивают все обстоятельства, прежде, чем рискнуть совершить тот или иной поступок. А оптимисты, большей частью, надеются на удачу, на судьбу и нередко действуют по первому побуждению, не особо заботясь о последствиях. Согласитесь, муж-оптимист или такая подруга – не самый удачный вариант для жизни и тесного взаимодействия.


Спасибо тебе, подруга! («Мы с Наташкой» и женская дружба)

Давно я ничего не рассказывала про нас с Наташкой. И не спрашивайте – почему. Во-первых, мы с Наташкой уже давно повыходили замуж, даже детей нарожали: у меня дочка, а у Наташки сын. Она шутит иногда, что, мол, поженим детей и станем настоящими родственниками. Еще обзывает меня тещей, а я с притворным ужасом говорю, что из нее получится самая стервозная свекровь на свете.

А что касается самой семейной жизни… Помните, как заканчиваются сказки? Ну да, пышной свадебкой, когда «мед, пиво текло, по усам лилось, а в рот не попало» (кстати, никак не пойму, зачем продукты переводили!). А потом, в лучшем случае, добавлялось: «И стали они жить-поживать и добро наживать!». И все! Ни слова больше. Как там семейная жизнь проистекала, покрыто мраком.

В самом деле, в какой сказке напишут, как поладить со свекровью, как заставить мужа помогать по хозяйству, как воспитывать этих современных детей и как крутиться на одну зарплату, чтобы быть «в шоколаде»? Это уже не сказка, а проза жизни получается, временами переходящая в сплошной «хичкок».