ИСПЫТАНИЕ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ

Поэзия
Поэзия

* * *

Сыночек, цветочек маленький! И варево жизни, в каком Всё кружится, булькает – али я Не понял реальность о чём? Сыночек чудесный, крепенький, Улыбка, рассыпчат смех. И как ты сумеешь крест нести, Раз это для всех? Играем с тобою в шарики, На мячике прыгаешь ты. Сыночек – цветочек маленький Великой земной красоты.

ИСПЫТАНИЕ ИСТРЕБИТЕЛЕЙ

Старый бомж, стрелявший сигарету, Омерзенье вызвал, будто бес – Отшатнулся – подмигнувши лету, В лесопарк ушёл, густой, как лес. В церковь ты заходишь. Страх и трепет. Нищим подаёшь? Душа пуста. Эгоизм тебя, как хочет, лепит, Что не отрицает высота. Золота в любой довольно церкви. Громоздится вверх иконостас. А стереотипы, будто цепи, К бытию приковывают нас. Совесть развивая, кем ты будешь В яви, что бессовестна весьма? Солнце бьёт, как раньше, в яркий бубен. Жизнь идёт – нам кажется – сама. Истребители в душе найдутся – Зла – любовь, и правда, и добро… Испытай их… Иль милей на блюдце Эскимо? Тогда душа, как ров…

ДВОЙНОЕ ЧАЕПИТИЕ

1

- Торт у меня смотри какой! На нём цветут, пестрея, розы. Есть одному его на кой? Оставь-ка, смерть, свои угрозы, И приходи ко мне на чай! И вот придёт – вполне красива. Который, любопытно, час, И каковы мне перспективы? Часы стоят, и смерть молчит, Но улыбается при этом. Я режу торт – вот в нём лучи Разрезов дадены сюжетом. - Смерть, а какой тебе кусок? С цукатами иллюзий, может? Откуда-то звучащий Моцарт Мне объяснить столь много смог. Из крема розы – из надежд, Бисквит различных упований. Смерть молода – её надел Из разномастных страхов ваших. Пьём чай. И поедаем торт. Проснёшься – вот и вся история. Иль день судьбы сейчас не тот, Чтоб свет постичь? Иль свет и горе я Уже постиг, коль снятся сны Столь непонятной глубины?

2

Пригласил на чай. Она пришла. - Кто придумал, что старуха? – Знаешь, - Улыбнулась, - ты и то бываешь Разным. Я ж легка – и тяжела. Заварил карминно-крепкий чай. Торт красивый. Пряники. Варенье. - Смерть, пожалуй, ты и разливай! Чай с тобой чудесно в день весенний Пить – его приятен аромат. Разлила, умильно улыбаясь. - Коль малыш - донельзя милый заяц - Умирает – кто тут виноват? - Не отвечу. Мамой прихожу Я к нему. – А к Моцарту, к примеру? - Ангелом. – Тебя я не сержу, Что вторгаюсь в этакую сферу? - Нет. Я, помню, к Гофману пришла Девушкой – он даже не поверил. - Ну а монстром? Чтоб колокола Били? – Только к чёрным людям времени. - К Берии? Иль к Геббельсу? – Ну да. Торт красивый, розами украшен.
Смерть… За ней державы, города, Мириады судеб, тыщи башен…

СПРУТ

Спрут силён, и щупальца упруги. Сколько их? Никто не должен знать. - Может спрута одолеем, други? – Мелочь рыбья будет подбивать. Ах, уже спешат коньки морские, Рыбы покрупнее тут как тут – Все свободолюбью не чужие, Только мал, ничтожен их маршрут. Щупальца взлетают ниоткуда. Спрут царит, победы одержав. Злато любит, любит изумруды Власти, осознав её состав. Ужас! Он везде! И кто ж спасётся? Мир собой пронизывает спрут. Счастья от воды судьбы дождётся Разве кто-то? Спруту поднесут Труп врага – всегда врагов довольно. Рыбы-лисы, рыбы-пауки, Все – шуты, а нет – всем будет больно. Много трупов, раз кругом враги.
Может быть, меня поймёте, люди, Может, нет - мне, право, всё равно: Коль бояться спрута вечно будем, Будет в мире навсегда темно.

* * *

От изощрённого вранья Он удовольствие кривое Мог получать… Он или я? Не понимаю, что такое – Сия раздвоенность гнетёт, Амбивалентности насмешка. Он врёт. Он изощрённо врёт. Он – это я. Орёл и решка. Ведь я не вру. Он снова врёт, И изощряется в словесном Уменье выстроить расчёт. Он вверен нехорошим безднам. А я? Но он и есть же я… Летят и путаются знаки Обыденного бытия, В котором свет и тьма двояки.

* * *

Верхушки тополей блестят, Облитые дождём, играют. Их нити тонко золотят, Что силы солнца испускают. Ты рядом с тополем так мал, Как с ангелом сравнить, к примеру? Дождь, исчерпав тугую меру, Двор новым светом напитал.
Александр Балтин


Коментарии

Добавить Ваш комментарий


Loading...

Вам будет интересно: