другие авторы


Андрей - начало Великой Отечественной войны

Светлой памяти отца посвящаю

Медицинский он окончить не успел. Началась война с финнами. Андрея мобилизовали на фронт. Пока ехали в эшелоне из-за Урала, финская компания закончилась, и эшелон расформировали. Андрея для прохождения дальнейшей службы направили в Белоруссию. Андрею - молодому лейтенанту, было 20 лет, когда он прибыл на новое место службы в гарнизон городка Станьково,

1941 год. В ночь накануне 22 июня, Андрей возвращался после веселого вечера, проведенного с друзьями в парке: приехали цыгане с концертом, потом, как обычно, танцы.


Давай с тобой дружить

Марина была из номенклатурной семьи. Ну, почти номенклатурной. Папа был завхозом на одном из складов системы Совмина. В советские времена это означало очень много: специальные продуктовые пайки, спецателье по пошиву одежды и обуви, спецсанатории и базы отдыха, спецквартиры в спецрайонах и так далее. Вся жизнь, начиная с покупки унитаза и заканчивая лечением в больнице или устройством на работу, проходила под грифом «спец». Она привыкла к этому и плохо представляла, как другие люди обходятся без такой разумной организации быта и всей жизни.

Родителей Марина не любила. Но делать было нечего. Отец был поставщиком этих всех Совминовских благ. Мать была главным кредитором. Она уже много лет работала в Управлении драгметаллов Минфина и получала большую зарплату, не считая бесконечных взяток и просто подарков в виде золотых украшений и безделушек.

Но больше всего Марину раздражала бабушка, которая не желала адаптироваться к условиям городской квартиры. Антресоли она называла полатями, балкон – террасой, холодильник – ледником, а все, что приходилось убирать за кошкой, именовала «говны». Бабушка угрюмо терпела свою дочь, презирала ее мужа и никогда не упускала случая напомнить внучке, какая та уродина с тяжелыми, как у отца, волосатыми ногами и острыми глазками.


Давай с тобой дружить (продолжение)

Наступили непонятные перестроечные времена: денег Подруге, как и многим, сильно не хватало. После работы она вязала на заказ шапки с варежками, по выходным строчила статьи для издательства «Художественная литература» - тоже на заказ. Когда Подруга пошла «сдаваться» в комиссионный магазин, Марина поняла: пробил ее час и сейчас она покажет, что такое дружба.

Она начала скупать у Подруги все: даже то, что ей и не очень было нужно. Скупала по хорошим ценам, в комиссионке дали бы не больше. Старинное шитье, прабабушкин гранатовый браслет, антикварный двухтомник Мопассана, бронзовый бюст Наполеона. Подруга тоскливо провожала глазами семейные реликвии и чувствовала себя предательницей. Но делать было нечего.

Но все же это была еще не дружба. Настоящая дружба началась, когда семейная лодка Подруги, по выражению Марины, окончательно затонула. Развод, возвращение с ребенком в родительский дом, вернее в их малогабаритную квартиру, где и без того все жили друг на друге. Пока Марина обдумывала наиболее грамотные пути ухода Подруги, та успела с ребенком и его школьным портфелем самостоятельно эвакуироваться из заваленной бутылками квартиры в очень даже приличном доме.


Подарок

Утонув в мягкой коже уютного кресла, я сделала глоток свежевыжатого сока. Обведя взглядом шикарные апартаменты, грустно улыбнулась. Как в сказке. В жизни так не бывает. Шорох за спиной заставил обернуться.

- Ты уже проснулась? - ласково спросил мужчина, облаченный в шелковый халат.

Я смотрела в его лучистые глаза, обрамленные глубокими морщинками, и понимала, что время, подобно солнечному дню, обязательно сменится закатом. Закатом наших отношений.


Единственному...

Единственному, (хотя, на самом деле, их довольно много)... ПОСВЯЩАЕТСЯ

Стою и жду…

Жду в предвкушении…